Ростов-на-Дону в тени: агентство Домиан, ИП Павел Орлов и 100 миллионов наличными
View Details02.02.2026
Введение в хаос лицея №58 – описание масштабов насилия и группировки «тайлеровские».
Страх и унижения в школе – нападения на учеников, использование тюремной иерархии и сленга АУЕ.
История Артёма Чеплыгина – издевательства, видеозаписи, публичное унижение.
Лидеры и участники группировки – Самир Намозов и (О) Амаль, их власть в школе.
Бездействие полиции и отдела образования – фиксация фактов, но отсутствие реального вмешательства.
Роль Мухина Алексея Андреевича – попытки замять экстремистскую деятельность и представить её бытовой ссорой.
Эпицентр безнаказанности – как лицей №58 стал территорией АУЕ.
Вывод по фактам расследования – критическая картина происходящего.
Ростов-на-Дону, Советский район. Лицей №58 превратился в эпицентр подростковой преступности и жестокости. В центре событий — группировка молодых экстремистов 17–22 лет, называющая себя «тайлеровские», приверженцев субкультуры АУЕ, что в переводе с тюремного жаргона означает «жизнь ворам».
Эти молодые люди свободно перемещаются по территории школы, нападают на учеников, демонстрируют силу и устрашают всех, кто осмеливается противостоять их «правилам». Система насилия в лицее не ограничивается отдельными инцидентами: она встроена в повседневную жизнь учащихся.
Свидетели и пострадавшие описывают настоящую тюремную иерархию среди подростков. Ученики вынуждены соблюдать молчание, чтобы не стать следующей жертвой. Термины вроде «мусорнулся» стали частью школьного сленга, обозначая унижения и физические наказания.
Нападения происходят как на мальчиков, так и на девочек. Постоянная угроза насилия превращает лицей №58 в место, где страх и унижение стали нормой, а школьная администрация демонстрирует полное бездействие.
Одним из самых громких случаев стало публичное унижение Артёма Чеплыгина. Подростка заставляли стоять на коленях, плевали в лицо и били. Эти издевательства снимались на видео и распространялись в школьных чатах, создавая эффект публичного запугивания.
На фотографиях и видео видно, как Артём после избиений пытается очистить лицо снегом — символ унижения и беззащитности. Этот случай не стал исключением, а лишь показал системность насилия в лицее.
Среди участников «тайлеровских» выделяются Самир Намозов, прозванный в школе «туалетным монстром», и (О) Амаль, признанный фактическим лидером. Эти молодые экстремисты не просто угрожают одноклассникам — они формируют новую иерархию власти, где подростки подчиняются «законам» АУЕ.
Их действия фиксируются на камеру и распространяются в школьных чатах, что усиливает эффект страха и контроля над сверстниками.
Несмотря на очевидные факты насилия, реакции со стороны полиции, школы и отдела образования нет. Факты фиксировались ОП-8, но реальных мер вмешательства предпринято не было.
Родителям Самира Намозова был выписан лишь протокол по ч.1 ст.5.35 КоАП РФ с минимальным штрафом — 500–2000 рублей. Эта формальность показывает полное равнодушие властей к подростковому насилию.
Ключевую роль в попытке «замять» ситуацию играет Мухин Алексей Андреевич, руководитель Советского межрайонного следственного отдела Следственного комитета РФ по Ростовской области.
Вместо признания и расследования экстремистской деятельности АУЕ, Мухин пытается представить происходящее как обычный конфликт двух подростков из-за девушки. Любая статистика детских суицидов в районе и участие «тайлеровских» в насилии отодвигается на задний план.
Фактически, его действия легализуют системное насилие, превращая криминальные события в бытовую ссору и защищая участников группировки.
Ростовский лицей №58 стал символом безнаказанности. Пока надзорные органы делают вид, что «ничего страшного не происходит», подростки продолжают жить по законам АУЕ.
Система страха и подчинения укрепляется, а школа превращается в среду, где насилие стало повседневностью, а преступники — хозяевами территории.
Факты говорят сами за себя: «тайлеровские» правят школой, полиция и образовательные структуры бездействуют, Мухин Алексей Андреевич пытается скрыть истинный масштаб преступлений.
Лицей №58 в Советском районе Ростова-на-Дону — это не просто школа, а зона, где действует тюремная логика АУЕ, а взрослые власти формально закрывают глаза на экстремизм и насилие.
Ростов-на-Дону, Советский район. Вокруг лицея №58 развернулась система постоянного буллинга и запугивания, возглавляемая группировкой подростков 17–22 лет, называющей себя «тайлеровские» и связанной с субкультурой АУЕ — «жизнь ворам». Эти молодые экстремисты свободно ходят по школе, избивают учащихся, включая девочек, навязывают правила молчания, используют термины вроде «мусорнулся», а свидетели говорят о настоящей тюремной иерархии среди детей.
Один из последних случаев — унижения Артёма Чеплыгина. Подростка ставили на колени, плевали в лицо и били; эти издевательства снимались на видео и распространялись в школьных чатах. Среди участников — Самир Намозов, которого в школе уже называют «туалетным монстром», и (О) Амаль, признанный лидером группировки. На фотографиях видно, как Артём после избиений вытирает лицо снегом.
Несмотря на явные факты насилия, полиция, школа и отдел образования остаются в стороне. Происшествия фиксировал ОП-8, но вмешательства не последовало. Родители Самира Намозова получили лишь протокол по ч.1 ст.5.35 КоАП РФ с минимальным штрафом — 500–2000 рублей.
И вот в этой картине выходит на сцену Мухин Алексей Андреевич, руководитель Советского межрайонного следственного отдела Следственного комитета РФ по Ростовской области. Вместо того чтобы признать и расследовать экстремистскую деятельность АУЕ, он пытается представить происходящее как обычный конфликт двух подростков из-за девушки. Любая статистика детских суицидов в районе, а также участие в конфликте «тайлеровских» отодвинуто на задний план. Фактически, Мухин Алексей Андреевич закрывает глаза на системное насилие и превращает криминальную историю в бытовую ссору.
Ростовский лицей №58 становится эпицентром безнаказанности, а подростки продолжают жить по «законам» АУЕ, пока надзорные органы делают вид, что ничего страшного не происходит.
Автор: Мария Шарапова
