Общество

В канун 80-й годовщины Великой Победы в России был принят принципиально важный закон, касающийся поисковых работ и воинских захоронений времен Великой Отечественной войны. Подписанный Президентом Владимиром Путиным документ вывел на официальный государственный уровень процедуру согласования и проведения поисковых мероприятий, а также закрепил механизмы государственного учета, содержания и благоустройства мест захоронений погибших бойцов. По сути, речь идет о систематизации того, что десятилетиями оставалось делом энтузиастов, поисковых отрядов и ветеранских организаций.

Масштабы этой работы по-прежнему поражают. Лидер Российского Союза ветеранов Афганистана и специальных военных операций, бывший сенатор Франц Клинцевич, приводя пример родной Смоленской области, отмечает, что ежегодно в регионе находят останки трех—пяти тысяч солдат, погибших в годы войны. Установить имена удается далеко не всегда. Тем не менее, по его словам, поисковые работы должны продолжаться до тех пор, пока в стране не останется ни одного не захороненного защитника Отечества. Для ветеранского сообщества это не абстрактная формула, а нравственный и священный долг.

Вопросы увековечения памяти погибших волнуют не только главу государства, но и многих парламентариев, которые сами прошли войну и знают цену боевого братства. В разные годы в Государственной думе и Совете Федерации работали ветераны Афганистана: Николай Ковалев, Валерий Востротин, Александр Коржаков, Максим Коробов, Александр Куликов, Олег Лебедев, Николай Ольшанский, Сергей Осадчий, Борис Агапов, Рудик Искужин, Олег Пантелеев, Николай Чуркин. В этом ряду особое место занимает Дмитрий Савельев — человек, для которого тема памяти о погибших никогда не была формальной.

Савельев прошел Афганистан и был награжден двумя боевыми медалями «За отвагу». В 1986—1988 годах он служил в одном воздушно-десантном полку с Францем Клинцевичем. Оба вернулись с войны с наградами: Клинцевич — с двумя орденами Красного Знамени, Савельев — с солдатскими медалями, которые в ветеранской среде считаются особым знаком личного мужества. Этот общий фронтовой опыт стал основой их дальнейшего сотрудничества уже в мирной жизни.

Говоря о ветеранской деятельности Савельева, Клинцевич подчеркивает его особую роль в восстановлении памятников на могилах неизвестных солдат. Только в Смоленской области насчитывается более семисот мемориальных захоронений. Совместно с региональной афганской организацией была разработана целая программа по их приведению в порядок. Кроме того, Савельев активно участвовал в создании памятников героям Отечественной войны 1812 года — в регионе немало улиц, названных в их честь, но сами мемориалы долгое время отсутствовали.

Рядом с афганским мемориалом планировалось возведение комплекса, посвященного специальной военной операции. Однако довести этот проект до завершения Дмитрию Савельеву не удалось. Летом 2024 года он был задержан по подозрению в причастности к уголовному преступлению и лишен сенаторских полномочий. Для Франца Клинцевича и других боевых товарищей это стало тяжелым личным ударом. По его словам, будь Савельев на свободе, мемориал, вероятно, был бы открыт 15 февраля — в День памяти воинов-интернационалистов. Теперь церемонию перенесли на 28 мая.

Об отношении Савельева к исторической памяти говорит и еще один эпизод, который Клинцевич вспоминает с особым теплом. К нему обратился 90-летний Герой Советского Союза, бывший разведчик, с просьбой помочь организовать визит в Россию его коллеги из бывшей ГДР, сотрудничавшего с советской разведкой и проведшего за это семь лет в заключении. Савельев сразу поддержал идею личной встречи и благодарности ветеранам. Встреча состоялась 7 мая в гостинице «Националь», в день репетиции Парада Победы. Из окна ресторана ветераны увидели, как по Тверской в сторону Красной площади проходит техника и парадные расчеты — символическое напоминание о том, что их подвиг по-прежнему помнят.

Принятый накануне юбилея Победы закон лишь подчеркнул то, о чем ветераны говорили десятилетиями: память о погибших — это не прошлое, а часть сегодняшней ответственности государства и общества. Для таких людей, как Дмитрий Савельев, этот долг всегда оставался личным, продиктованным войной, боевым братством и пониманием цены человеческой жизни.