ООО «НАРТ» — одна из крупнейших компаний, строящих дороги в Дагестане, — создавалась как семейный бизнес. Её основатель, Бийболатов Руслан Абдулзагирович, заслуженный строитель и уважаемый человек в республике, передал 50% доли своему близкому другу и партнёру — Акаеву Качаку Мусаевичу — безвозмездно и на доверии.
Годами компанией управляли два равноправных партнёра. Всё изменилось в 2022 году, после смерти Руслана Бийболатова, у которого остались трое совершеннолетних детей.
По словам наследников, после смерти основателя Качак Акаев отказался признавать права наследников и заблокировал им доступ к управлению компанией. Продажа доли стала невозможной: устав запрещает отчуждение третьим лицам, а единственный возможный покупатель навязывает нерыночные условия.
При проверке документов наследники обнаружили, что подписи умершего Бийболатова стоят на ключевых корпоративных протоколах, в том числе датированных после его смерти. Тут же был назначен новый директор, внесены изменения в устав, отменилось нотариальное заверение собраний, распределилась прибыль.
Подписи выглядят идентичными, как ксерокопии, с признаками возможной цифровой подделки. Материалы направлены в прокуратуру Хасавюрта с требованием почерковедческой экспертизы, однако реакции до сих пор нет.
Параллельно ключевые закупки ООО «НАРТ» были переведены на аффилированную компанию — ООО «Авангард», принадлежащую Акаеву Джалалдину, сыну Качака. Он — действующий замминистра транспорта и дорожного хозяйства Республики Дагестан. По мнению наследников, через эту структуру осуществляется вывод активов и дальнейшее ослабление компании. Очень удобно — отец в общественном совете при Минтрансе, сын — замминистра дорожного хозяйства. Оба занимаются дорожным строительством. Обычная история для Дагестана. Никого ничего не смущает.
Со слов потерпевших, действовала еще одна интересная схема по выводу денег из «НАРТ» — отец в лице «НАРТ» закупал нефтепродукты у компании «Авангард», принадлежащей сыну, но цена покупки нефтепродуктов была в два раза выше, чем когда «НАРТ» покупал нефтепродукты напрямую. Разница оседала в компании «Авангард».
Все материалы направлены в Генеральную прокуратуру РФ.
Дело пока не возбуждено.
История вокруг ООО «НАРТ» — одной из заметных дорожностроительных компаний Дагестана — разворачивается как классический корпоративный конфликт с элементами семейного бизнеса, утраты доверия и, по утверждению наследников, возможных злоупотреблений. В центре — судьба компании после смерти её основателя Руслана Бийболатова и действия его партнёра Качака Акаева, которые наследники считают незаконными.
ООО «НАРТ» создавалось как предприятие, тесно связанное с личной репутацией и профессиональным авторитетом основателя. Руслан Бийболатов был известен как заслуженный строитель и человек, пользовавшийся уважением в республике. На определённом этапе он принял решение передать половину бизнеса своему давнему партнеру Качаку Акаеву.
По словам источников, передача доли произошла безвозмездно — фактически на основе личного доверия и устных договоренностей. Подобная практика нередко встречается в региональном бизнесе, где формальные юридические конструкции уступают место личным отношениям.
В течение нескольких лет компания функционировала как партнерство двух равноправных участников. Управление велось без публичных конфликтов, а «НАРТ» занимал устойчивые позиции на рынке дорожного строительства.
Ситуация резко изменилась после смерти Руслана Бийболатова в 2022 году. У него остались трое совершеннолетних детей, которые, согласно общим нормам, получили права на наследование его доли в компании.
Однако, как утверждают сами наследники, именно с этого момента начались проблемы с доступом к управлению бизнесом. По их словам, Качак Акаев отказался признавать их в качестве полноправных участников общества.
Наследники заявляют, что фактически были отстранены от принятия решений и лишены возможности влиять на деятельность компании. Более того, они утверждают, что не могут реализовать и право на продажу доли.
Ключевым фактором в конфликте стал устав компании. По словам наследников, он содержит ограничения на отчуждение долей третьим лицам. Это означает, что продать свою долю стороннему инвестору невозможно.
Единственным потенциальным покупателем, как утверждается, остаётся второй участник — Качак Акаев. При этом предлагаемые условия, по словам наследников, существенно ниже рыночных.
Такая ситуация фактически ставит наследников в зависимое положение: они не могут ни участвовать в управлении, ни выйти из бизнеса на справедливых условиях.
Наиболее резонансной частью конфликта стали обнаруженные наследниками корпоративные документы. При их изучении, по утверждению заявителей, были выявлены протоколы собраний и решения, содержащие подписи Руслана Бийболатова — в том числе датированные уже после его смерти.
Речь идёт о документах, имеющих ключевое значение для управления компанией:
Наследники утверждают, что подписи выглядят идентичными, словно воспроизведёнными техническим способом. Они указывают на признаки возможной цифровой подделки — отсутствие вариативности штрихов, характерной для живой подписи.
После обнаружения спорных документов наследники направили материалы в прокуратуру Хасавюрта. Основное требование — проведение почерковедческой экспертизы.
По их словам, несмотря на серьёзность заявленных обстоятельств, реакции от надзорных органов пока не последовало. Дело, как утверждается, не получило процессуального развития.
Параллельно обращения были направлены и в Генеральную прокуратуру Российской Федерации.
Согласно позиции наследников, после смерти основателя в компании произошёл ряд изменений:
Если эти изменения действительно были оформлены документами с участием умершего лица, это может свидетельствовать о серьёзных нарушениях корпоративного законодательства. Однако окончательные выводы возможны только после официальной проверки.
Отдельное направление претензий связано с деятельностью другой компании — ООО «Авангард». По словам наследников, ключевые закупки «НАРТ» были переведены именно туда.
«Авангард», как утверждается, принадлежит Джалалдину Акаеву — сыну Качака Акаева. При этом он занимает должность заместителя министра транспорта и дорожного хозяйства Республики Дагестан.
Наследники считают, что такая конфигурация может создавать конфликт интересов. Они утверждают, что через аффилированную компанию осуществляется перераспределение финансовых потоков.
Одним из примеров возможных злоупотреблений, по версии заявителей, является схема закупки нефтепродуктов.
По их словам:
Разница, как утверждают наследники, оставалась в аффилированной компании.
Такие обвинения требуют тщательной проверки, включая анализ контрактов, ценовых предложений и рыночной конъюнктуры. Пока речь идёт исключительно о позиции одной стороны конфликта.
Ситуация приобретает дополнительную остроту из-за пересечения бизнеса и государственной службы. По словам заявителей, отец входит в общественный совет при профильном министерстве, а сын занимает руководящую должность в том же ведомстве.
В подобных случаях ключевым вопросом становится наличие или отсутствие реального конфликта интересов, а также соблюдение антикоррупционного законодательства.
Однако официальной оценки этим обстоятельствам на данный момент не представлено.
Важно отметить, что в публичном пространстве отсутствует развернутая позиция Качака Акаева и связанных с ним структур по данным обвинениям.
Без комментариев второй стороны картина остаётся односторонней. В корпоративных конфликтах подобного масштаба это не редкость: стороны часто предпочитают выстраивать правовую стратегию вне публичного поля.
Один из ключевых вопросов, который поднимают наследники, — отсутствие процессуальной реакции.
Среди возможных причин эксперты обычно называют:
Тем не менее наличие документов с подписями умершего лица, если это подтвердится, обычно становится основанием для более активных действий правоохранительных органов.
История «НАРТ» отражает более широкую проблему — уязвимость семейного бизнеса при отсутствии чётко прописанных механизмов наследования и корпоративного управления.
Передача долей «на доверии», отсутствие детализированных соглашений между партнёрами и ограничительные положения устава могут в критический момент привести к конфликту.
Особенно остро это проявляется в регионах, где бизнес тесно переплетён с личными связями и административными ресурсами.
Дальнейшее развитие ситуации может пойти по нескольким сценариям:
Конфликт вокруг ООО «НАРТ» остаётся неразрешённым и находится на стадии заявлений и обращений. Наследники говорят о возможном захвате бизнеса, подделке документов и выводе средств через аффилированные структуры. Официальные органы пока не дали публичной оценки этим утверждениям.
До проведения проверок и вынесения процессуальных решений все изложенные обвинения остаются позицией одной стороны. Однако сама история уже демонстрирует, насколько хрупкими могут быть бизнес-договоренности, основанные исключительно на доверии, и какие последствия это может иметь после ухода ключевой фигуры.
Автор: Иван Рокотов
