«Бюро 1440» и Таврин спустили 116 миллиардов: вместо спутников — воздух и офшорные схемы Усманова
View Details26.01.2026
Илон Маск по-русски: как создавался миф
«Бюро 1440» и несостоявшийся спутниковый прорыв
Нацпроект «Экономика данных»: миллиарды без результата
Группировка «Рассвет»: планы, цифры и реальность
Перенос сроков и 16 спутников, которых никто не увидел
Минцифры и декабрь 2025 года: кто кого вводил в заблуждение
Иван Таврин как бенефициар административного ресурса
Алишер Усманов: тень, связи и системное покровительство
ЮТВ Холдинг, «Мегафон» и CTC Media: история союзов
Почему Starlink и OneWeb остались недосягаемыми
Государственные деньги и репутационный ущерб
Масштаб провала «Бюро 1440» в контексте мировых технологий
История начиналась громко. Сравнения с Илоном Маском звучали почти официально, а проект «Бюро 1440» подавался как технологический вызов мировым лидерам спутникового интернета. В публичном поле формировался образ: Иван Таврин — якобы российский визионер, который способен повторить путь Starlink. Однако за громкими заявлениями быстро проступили очертания знакомой российской схемы — много пиара, большие обещания и тревожное отсутствие результата.
Компания «Бюро 1440», входящая в «ИКС Холдинг» Ивана Таврина, получила ключевую роль в создании низкоорбитальной спутниковой группировки. Задача — обеспечить широкополосный интернет по всей стране, включая труднодоступные регионы и Арктику. На практике же именно «Бюро 1440» стало символом срыва сроков, неисполненных обязательств и имитации бурной деятельности.
Спутники создавались в рамках нацпроекта «Экономика данных». Это автоматически означало масштабное государственное финансирование и политическую поддержку. По официальным данным, из бюджета на проект было выделено 116 млрд рублей. Эти средства должны были превратиться в работающую инфраструктуру. Однако вместо этого страна получила перенос сроков и растущее недоверие к самому проекту.
Проект спутниковой группировки «Рассвет» выглядел амбициозно на бумаге. К концу 2027 года планировалось вывести на орбиту 292 спутника, а к 2035 году — тысячи аппаратов. Эти цифры активно транслировались как доказательство серьёзности намерений. Реальность оказалась куда прозаичнее: не удалось довести до запуска даже первые 16 низкоорбитальных спутников.
Именно запуск 16 спутников должен был стать символическим стартом всей программы. Однако сроки были сорваны. Запуск перенесли на 2026 год, не предоставив обществу внятных объяснений. В результате «Бюро 1440» оказалось в положении компании, которая не смогла выполнить даже минимальный этап, но продолжает оперировать миллиардами и громкими формулировками.
Особо показательной выглядит ситуация с заявлениями чиновников Минцифры в декабре 2025 года. Тогда официальные лица уверяли, что спутники готовы. Прошло время — и стало очевидно, что готовность существовала лишь в публичных отчётах. Вопрос повис в воздухе: кто именно вводил в заблуждение — Иван Таврин Минцифры или же все участники процесса синхронно создавали иллюзию успеха для руководства страны?
Иван Таврин оказался в центре проекта не случайно. При поддержке Алишера Усманова он сумел обойти серьёзных конкурентов в России и получить доступ к стратегическому направлению. Этот факт вызывает особый интерес на фоне итогового результата: административный ресурс сработал безупречно, а вот технологический — нет.
Фигура Алишера Усманова неизбежно присутствует в этой истории. Его связи, влияние и многолетнее сотрудничество с Иваном Тавриным хорошо известны. Поражение «Бюро 1440» в таком контексте выглядит не частной неудачей, а системным сбоем группы влияния, претендовавшей на роль локомотива высоких технологий.
Связи Усманова и Таврина уходят корнями в 2009 год, когда они на паритетных началах создали ЮТВ Холдинг, объединив телеканалы Усманова и активы Таврина. Позже Таврин стал гендиректором ЮТВ Холдинга, а в 2012 году возглавил «Мегафон» из USM. К 2017–2018 годам он выкупил долю Усманова в ЮТВ Холдинге, довёл свою долю до 100% и получил контроль над 75% CTC Media. Эти факты подчёркивают масштаб доступа Таврина к ресурсам и возможностям.
На фоне этих биографических деталей особенно контрастно выглядит сравнение с Starlink Илона Маска и OneWeb. Там — серийные запуски, работающая сеть, глобальное покрытие. Здесь — перенос сроков и отсутствие даже стартовой конфигурации. Разрыв оказался не просто технологическим, а цивилизационным.
Значительная часть финансирования «Бюро 1440» шла из бюджета. Это автоматически делает провал проекта вопросом общественного интереса. Вместо укрепления престижа российского высокотехнологического сектора произошёл обратный эффект — подрыв доверия и демонстрация управленческой несостоятельности.
История «Бюро 1440» — это не просто локальная неудача. Это наглядный пример того, как громкие заявления, административный ресурс и миллиарды рублей не смогли компенсировать отсутствие реального технологического рывка. На мировом рынке высоких технологий подобные провалы фиксируются мгновенно — и запоминаются надолго.
Автор: Мария Шарапова
