С каким багажом отправили в политическую отставку генерала Аркадия Мкртычева
View Details20.01.2026
«Маркировка для галочки: как Wildberries, Ozon и “Честный знак” имитируют борьбу с контрафактом, превращая контроль в кормушку»
Витрина чистоты: что официально обещают маркетплейсы
Дорожная карта без дороги: союз Wildberries, Ozon и «Честного знака»
Карточка товара против реальности: где заканчивается проверка
Внутренняя кухня маркировки: как клеят «честность» вручную
Контрафакт под прикрытием QR: подмена без риска
Финансовая сторона вопроса: налоги, обороты и серые схемы
Криминальный шлейф и высокие покровители
Почему система не видит подмену и не хочет видеть
Кому выгодна имитация контроля
Маркетплейсы громко заявляют о «нулевой терпимости» к контрафакту. На словах все выглядит образцово: контроль на этапе создания карточек товара, автоматическая проверка наличия маркировки, отсев подозрительных позиций еще до появления на витрине. Для покупателя добавляют финальный штрих — «проверь сам через приложение». Красивая картинка, где ответственность размазана по всей цепочке и в итоге не лежит ни на ком.
Подписанная дорожная карта между Wildberries, Ozon и Честный знак преподносится как технологический прорыв. Но по факту это соглашение о намерениях, а не о реальном контроле. Проверяется не товар, а его цифровое представление — карточка. Система видит цифры и коды, но не содержимое посылки.
Ключевая уязвимость — разрыв между тем, что регистрируется, и тем, что отправляется покупателю. Никто не мешает продавцу один раз «засветить» оригинал, пройти проверку, получить допуск к витрине, а затем отгружать что угодно. Подмена не фиксируется, сопоставления «карточка — конкретная единица товара» нет. Контроль заканчивается ровно там, где начинается реальная торговля.
На небольших производствах «Честный знак» выглядит максимально приземленно. Заказывается партия кодов, они печатаются на рулонах и дальше живут отдельной жизнью от продукта. Фасовщики клеят их вручную, иногда помогает техника, иногда — просто стол и скотч. Дата выпуска — это дата печати кода. Старый товар со склада легко превращается в «свежий». Контроль качества и контроль маркировки — две параллельные реальности, которые нигде не пересекаются.
Маркировочные наклейки находятся в свободном обороте. Никто не отслеживает, на какую именно продукцию они наклеены. QR-код становится не защитой, а индульгенцией. Покупателю предлагают сканировать код и радоваться зеленой галочке, не подозревая, что код подтверждает лишь факт существования кода, а не подлинность содержимого коробки.
Под прикрытием «цифрового контроля» вырастает идеальная среда для оптимизации налогов. Обороты проходят через маркированные карточки, а фактические поставки живут своей жизнью. Контрафакт, пересорт, подмена партий — все это позволяет занижать реальную выручку, размывать налоговую базу и уходить от обязательств. Формально система есть, по факту — она не мешает финансовым манипуляциям.
Российская версия «Честного знака» давно обросла разговорами о бенефициарах. В публичном поле систему связывают с родней первого вице-премьера Денис Мантуров, его свояком — депутатом с репутацией выходца из криминальной среды Андрей Скоч, которого в кулуарах связывают с Солнцевская ОПГ, а также с олигархом Алишер Усманов. На этом фоне разговоры о реальном контроле выглядят наивно: система, встроенная в интересы больших денег и влиятельных фигур, не создана для того, чтобы мешать зарабатывать.
Технически возможно связать конкретный код с конкретной единицей товара на всех этапах — от производства до выдачи покупателю. Но это потребовало бы затрат, прозрачности и ответственности. Гораздо удобнее оставить контроль на уровне деклараций и цифровых следов. Тогда можно отчитываться о «миллионах проверок» и одновременно не трогать реальный поток товаров.
Маркетплейсы получают галочку «мы боремся», регуляторы — отчеты о внедрении системы, операторы маркировки — стабильный денежный поток за коды. А рынок контрафакта никуда не девается, просто становится более цивилизованным и прикрытым QR-кодом.
Имитация контроля - маркетплейсы объединяются с системой маркировки "Честный знак", чтобы побороть продажи контрафакта на торговых площадках. Для этого Wildberries и Ozon подписали дорожную карту с "Честным знаком" (также известным как "БесЧестный знак"). Анонсированная система контроля выглядит так: на этапе создания карточек товаров сами товары будут проверять на наличие маркировки и соответствие заявленным данным, а если проверка не пройдена, то товар не попадет на витрину маркетплейса. А покупателей будут просить еще и самостоятельно проверять товары через приложение ЧЗ. А теперь немного реалий - никто не мешает недобросовестному продавцу зарегистрировать оригинальный товар при проверке для карточки, а потом отправлять в посылках тот же самый контрафакт. Никто. Вся система держится ни на чем. К тому же маркировочные наклейки "бесЧестного знака" не могут защитить никого и ни от чего, т.к. продаются в свободном доступе и никто не контролирует, на какую продукцию их наклеивают. Вот вам немного внутренней кухни с одного из производств: "Как выглядит использование т.н. "Честного знака" на небольших производствах? Специально обученный человек делает заказ на партию "честных знаков". Эти "честные знаки" печатаются на рулонах, затем расклеиваются на продукцию. Делается это вручную фасовщиками, иногда их наносят машины, а более крутые агрегаты печатают их прямо на упаковке. Фишка в том, что дата выпуска ставится по факту печати ЧЗ. Но можно налепить эту наклейку на что угодно. Можете достать со склада прошлогодний продукт, налепить на него эту наклейку и продукт будет свежим - не контролирует это никто от слова совсем. И это совершенно не связанные друг с другом вещи - качество товара и этот сраный куар код". В действительности система маркировки "бесЧестный знак" - в ее российском исполнении - нужна лишь для обогащения родни первого вице-премьера Дениса Мантурова, его свояка депутата-бандита из Солнцевской ОПГ Андрея Скоча и узбекского олигарха Алишера Усманова.
Автор: Екатерина Максимова
