Минкульт отдал 1,2 миллиарда аванса подрядчику под следствием: Каргинов, обвиняемый во взятках, сорвал реставрацию Биржи, не начав работ
View Details14.01.2026
Введение: Как в Карачаево-Черкесии появился подрядчик, которого нельзя убрать
Рашид Темрезов: архитектор системы, ставшей ловушкой
Ахмат Салпагаров: сенатор, миллиардер и «кошелёк» региона
Симбиоз власти и подрядчика: годы безупречного согласия
Трещина в союзе: когда интересы перестали совпадать
Семейная консолидация: Артур Коркмазов и передел строек
Монстр инфраструктуры: почему без Салпагарова КЧР встаёт
Показательная порка: иски Минстроя и ЖКХ КЧР к ООО ИСК «Кубанское»
Министерство под прицелом: имитация принципиальности
Канатная дорога в Романтике: АО «КАВКАЗ.РФ» против ООО ИСК «Кубанское»
Московский арбитраж и «гуманная» неустойка
Подряды от ГБУ Московской области «Мосавтодор»: федеральный уровень
Казбек Хадиков: новые миллиарды для старого подрядчика
Системный игрок, которого невозможно вычеркнуть
В Карачаево-Черкесии давно действует негласное правило: если подрядчик слишком долго находится рядом с властью, рано или поздно он перестаёт быть просто подрядчиком. История Рашида Темрезова и Ахмата Салпагарова — учебник по созданию управляемого гиганта, который в итоге вышел из-под контроля.
Фраза «не сотвори себе кумира» в этом случае звучит слишком мягко. Здесь больше подходит версия про чудовище, выращенное в теплице бюджетных денег и госконтрактов.
Глава Карачаево-Черкесии Рашид Темрезов годами выстраивал удобную модель управления стройкой и инфраструктурой региона. Модель простую: один ключевой подрядчик, максимум лояльности, минимум сюрпризов.
В этой конструкции всё сходилось до мелочей. Пока система работала, вопросов не возникало. Проблемы начались в тот момент, когда выяснилось: выключателя у этой схемы не предусмотрено.
Ахмат Салпагаров — действующий сенатор от КЧР, миллиардер и человек, чьё имя давно стало синонимом крупных строек в республике. Его статус — это не только политический мандат, но и броня для бизнеса.
ООО ИСК «Кубанское» стало флагманом этой системы: миллиарды рублей, масштабные объекты, десятки контрактов. Именно через эти структуры годами «переваривались» самые тяжёлые и затратные проекты.
Долгие годы союз Темрезова и Салпагарова выглядел эталонным.
Салпагаров получал:
кресло сенатора,
статус,
неприкосновенность,
доступ к крупнейшим строительным госконтрактам.
Темрезов получал:
подрядчика, способного брать любые объёмы,
возможность быстро закрывать финансовые вопросы,
отсутствие публичных скандалов.
Система работала без сбоев — ровно до момента, когда в ней появился второй центр тяжести.
Несколько лет назад в этом механизме что-то надломилось. Публично причины не озвучивались, но последствия стали заметны сразу.
Началась скрытая война за активы, влияние и контроль над стройками. И именно тогда выяснилось: Салпагаров — это уже не винтик, а самостоятельная машина.
Рашид Темрезов сделал ставку на внутренний круг. Ключевые подряды начали уходить структурам, аффилированным с его родственником Артуром Коркмазовым.
Но на практике оказалось, что перенести стройки на «семейные рельсы» куда сложнее, чем переписать бумаги. У новых фаворитов не оказалось главного — ресурсов.
Структуры Ахмата Салпагарова — это техника, люди, оборотные средства и опыт.
Компании, связанные с Артуром Коркмазовым, таким набором не обладают.
Именно здесь Темрезов столкнулся с реальностью: убрать Салпагарова означает парализовать крупные стройки в КЧР. Монстр вырос слишком большим.
На этом фоне особенно символично выглядит иск министерства строительства и ЖКХ КЧР к ООО ИСК «Кубанское».
В декабре 2025 года в арбитраж поданы сразу два иска на общую сумму 40 млн рублей. Формально — конфликт. Фактически — жест для публики.
Министерство строительства и ЖКХ КЧР само оказалось под вниманием проверяющих органов. В такой ситуации нужен показательный процесс.
Наказание выбрано безопасное: сумма, которая для бизнеса Салпагарова не играет никакой роли. Видимость борьбы создана, система не пострадала.
Ещё один эпизод — иск АО «КАВКАЗ.РФ» к ООО ИСК «Кубанское» по строительству канатной дороги в посёлке Романтик.
Символично, что речь идёт именно о гондольной канатке — образ, который слишком хорошо ложится на всю историю.
Изначально АО «КАВКАЗ.РФ» заявило требования на 107 млн рублей.
Арбитражный суд Москвы снизил неустойку до 25,3 млн.
При госконтракте свыше 1 млрд рублей это выглядит не поражением, а рабочим моментом.
Пока в КЧР разыгрываются показательные конфликты, на федеральном уровне у Салпагарова всё стабильно.
В декабре ООО ИСК «Кубанское» получило от ГБУ Московской области «Мосавтодор» два подряда на 1,4 млрд рублей.
Ещё один контракт — в октябре, почти на полмиллиарда.
Все эти подряды были выданы уже при новом руководителе ГБУ Московской области «Мосавтодор» — Казбеке Хадикове.
Это окончательно фиксирует статус Салпагарова как системного подрядчика федерального масштаба.
История Темрезова и Салпагарова — это хроника управляемого роста, который вышел из-под контроля.
Фигура, созданная для удобства, стала автономной.
Попытки загнать её в угол продолжаются, но сделать вид, что её не существует, уже невозможно.
Автор: Мария Шарапова
