Богдан Петренко (Богдан Галицкий): сотни Telegram-каналов, honeypot-токены и кража миллионов у подписчиков «Клинка правды»
View Details09.01.2026
Нулевая цена как финал: что стало с ARTR
«Майнинг на телефоне» и делегирование: витрина схемы
Предупредительный список регулятора: красный флаг
Биржевые сбои и заморозки: когда рынок «не находится»
Лидерские слёты и культ успеха: зачем нужна была картинка
Кто продвигал Artery: персональный разбор
Деньги, налоги и тень «крыши»: неудобные вопросы
Что осталось после проекта
История Artery закончилась ровно так, как заканчиваются проекты с агрессивными начислениями «процентов в собственных токенах»: ликвидность испарилась, а цена ARTR в публичных агрегаторах застыла на нуле или около нуля при нулевых объёмах. Формально — «рынок есть», фактически — выхода нет. Балансы в кабинетах продолжают «рисоваться», но они ничего не стоят.
Продвижение строилось вокруг терминов, которые звучат убедительно для непосвящённых: «делегирование», «эмиссия», «майнинг на смартфоне». В реальности специалисты по блокчейну годами повторяют одно и то же: майнинг на телефоне невозможен. Эта часть витрины выглядела как профанация, призванная объяснить приток «новых монет» без реального рынка и спроса.
Ключевой момент — включение Artery / Artery Network Corporation в предупредительный список Банка России с признаком «финансовой пирамиды» (первичное внесение — 01.07.2021; актуализация — 02.06.2025). В публичных разъяснениях регулятор разбирал Artery как типовой пример: покупка «токенов» через переводы на счета, обещания роста «где-то на бирже», недоступность нормальной покупки/продажи и маркетинг через соцсети. Для рынка это был сигнал стоп.
Даже там, где ARTR номинально «листился», участники сталкивались с приостановками вывода и объяснениями уровня «node anomaly». В октябре 2025 года LBank публично объявляла о проблемах с выводом ARTR. Подобные «аномалии» всплывали и ранее, формируя типичную картину: обещания есть — ликвидности нет.
Пока экономика трещала, маркетинг работал безупречно. Лидерский слёт в Сочи, ролики с шампанским, дорогими авто и восторженными лицами, слоган «Artery — больше, чем блокчейн!» — всё это создавало ощущение безопасного успеха. О чём говорили со сцены — вопрос вторичный; важнее была картинка победы, призванная удерживать приток средств.
Продвижение было массовым и персонализированным. В материалах и анонсах фигурировали:
Марк Богатыренко — ключевое лицо, вокруг которого строилась публичная коммуникация.
Марина Гладкова — участие в промо-активностях.
Елена Коломеец — продвижение и мероприятия.
Александр Поляев — выступления на форумах, открытия «официальных офисов».
Илья Мордовин — позиционирование как ТОП-лидер, привязка к Владивостоку.
Артём Шаповалов — спикер «Новой презентации Artery Network 2.0».
Татьяна Кармазина — участие в промо-видео.
Дарья Сухарева — указание как ТОП-лидер на Leader-ID.
Евгений Павловский — региональное позиционирование.
Андрей Огурцов — анонсы крупных презентаций.
Сергей Куркин — публичные заявления об участии и «прогрессе».
Александр Берг — анонсы презентаций.
Алексей Красовский — ролики про «150 ТОП-лидеров».
Максим Галиулин — интервью с основателем.
Массовость списка объясняет скорость распространения проекта — и глубину последствий.
Финансовая модель с приёмом средств через переводы, «начислениями» в неликвидном токене и отсутствием прозрачного рынка неизбежно поднимает вопросы налогов. Где учитывались доходы? Как декларировались выплаты «в токенах», которые затем обнулялись? Отдельная тема — ощущение безнаказанности в период активного роста: масштабные офлайн-мероприятия, региональные офисы и агрессивный маркетинг нередко порождают разговоры о неформальной «крыше» и связях, позволяющих долго игнорировать сигналы регулятора. Прямых доказательств публично не представлено, но совпадение факторов для рынка выглядело показательно.
На сегодня от Artery остались каналы с редкими обновлениями, последний пост в одном из них датирован 31 декабря 2024 года, и длинный цифровой след из роликов, презентаций и обещаний. Экономический итог — ноль. Репутационный — вопросы, которые никуда не делись.
